Американец в порту Констанца

С началом военных действий в Украине, закрылись морские порты страны, что привело к перестройке многих существующих логистических цепочек. Практически все контейнеровозы отправились в румынский порт Констанца, что привело к логистическому коллапсу. Несмотря на существующую необходимость, начиная с февраля 2022 года, ни одна экспедиторская компания так и не смогла успешно справляться с украинскими грузами в Констанце, за исключением одной — Fast Way Logistic SLR.

Наш журналист пообщался с генеральным директором Fast Way Logistics, Алексом, который согласился поделиться своей историей запуска компании, рассказал о причудах румынских коллег и поведал несколько показательных историй.

Алекс, скажите, с чего началась ваша деятельность в сфере логистики?

Алекс: Все началось с доставки мотоцикла из Америки. Нужно было привезти мотоцикл. Никто из моего окружения не знал, как это сделать, и мы начали разбираться. В итоге, сейчас, открыли логистическую фирму в Румынии.

А были сложности? Насколько знаю, вы больше 20 лет прожили в Лос-Анджелесе.

Алекс: Да. Это было просто невозможно. Оказывается, никто этого раньше не делал. По идее, ты должен просто обратиться в логистическую компанию, где есть люди, которые знают, как это можно сделать. Мы предполагали, что ранее мотоциклы уже доставляли.  Оказалось все не так. Отмечу, что речь шла об авиадоставке, и у них в голове не укладывалось: зачем так дорого платить за доставку байка в Украину. Нам нужно было быстро доставить, ну а в итоге все получилось очень долго. Под каждую конкретную ситуацию нужны разные решения. Это зависит от того, покупаешь ли ты мотоцикл через компанию производителя или нет и т.д. Очень много нюансов. По сути, берясь за каждый новый заказ, они начинали все сначала: изучали возможности и варианты, как это можно сделать. И ты у них, по сути, как подопытный кролик.

 А как поменялось ваше представление о логистическом бизнесе с момента этой первой доставки байка из Америки и в данный момент?

Алекс: С точки зрения бизнеса, я лично считаю, что это самый ужасный бизнес, какой только может быть. С точки зрения зарабатывания денег, лично для меня это ад. В нем очень много рисков, в которых можно попасть на пару сотен долларов, которые ты как экспедитор зарабатываешь. Но у меня есть старшие партнеры, которые рассказали, что нужно делать. И я погрузился в это.

 А в чем именно риски?

Алекс: Дело в том, что в одной сделке очень много узлов. Чтобы доставить товар из страны А в страну Б задействовано огромное количество людей. И если кто-то, например, вписал неправильную букву в документе, а фура уехала, то водитель просто не сможет выехать за пределы Румынии, потому что не пройдет пограничный или таможенный досмотр. Поэтому документы должны быть идеально подготовлены. В итоге получается так, что ты, например, со сделки зарабатываешь 300 долларов, но из-за того, что кто-то из этой всей структуры сделал ошибку, ты эти деньги теряешь, потому что тебе нужно ездить и тратить время на ее исправление. Это очень опасный бизнес.

Компания находится в Румынии. И открылась она в период военного конфликта в Украине. Это связано с тем, что Румыния сейчас стала неким логистическим центром?

Алекс:
Связано с тем, что все хлынуло туда. Ты заходишь в порт – там только украинские фуры и украинские контейнеры.

С началом работы в порту, с какими вы столкнулись проблемами?

Алекс: Основными проблемами были страшилки, которые нам выставляли. Румыны очень болезненно относятся к людям, которые «не румыны». И это не один или два человека таких, это массовое явление. Видимо такая особенность менталитета. Все это происходит до тех пор, пока ты не становишься для них своим. А это происходит через какое-то время, когда начинаются конфликты: они видят, что ты не собираешься уезжать, и намерен здесь работать. Тогда они уже чуть успокаиваются.

Это не связано с какой-то неприязнью к украинцам?

Алекс: Нет, это относится ко всем. Вот, если ты с ними говоришь на английском – это, пожалуй, чуть лучше, чем на украинском. Потому что они знают этот язык. У Румын нужно заслужить уважение, потому что они не хотят, чтобы были «чужие». И все это при том, что у них очень много работы. Т.е. мы не приехали забирать их хлеб, а приехали помочь вывезти украинские контейнеры, ведь они не справляются с нагрузкой. Мы говорим: занимайтесь румынскими контейнерами, а мы займемся украинскими. Они все равно сидят и думают, что ты конкурент. А еще о том, что ты не румын.

Какие конкретно ситуации позволили понять, кто такие румыны?

Алекс: Вот, пример. У нас есть склад. С виду он вполне нормальный: новый, с хорошими условиями. По сравнению с остальными, где с тобой даже разговаривать не хотят, склад отличный, поэтому мы решили иметь дело с этими людьми. В общем, там нас гостеприимно приняли, угостили кофе. Мы подписали договор. Они обещали, что все сделают. Но когда мы уже пригнали фуру — день она стоит, второй стоит. На сообщения нам не отвечают. Мы приехали на место. Оказывается, что человек, с которым мы договаривались, уехал в отпуск, вместо него сидит дама, которая говорит, что ничем помочь не может, все машины для разгрузки заняты. В тоге, мы позвонили человеку на другой склад, который смог нам найти машину. Поэтому мы забрали бумаги и перешли на другой склад. В итоге, брокеры у нас остались с того склада, и они нарочно тянули время, потому что они, видите ли, обиделись, что мы сменили склад. Нам приходилось платить за простой фуры. Вот такой абсурд. Они не выполняли обязательства и в итоге обиделись, что мы ушли на другой склад. Они своими действиями говорили: «Вот, вы уже платите за простой, так заплатите нам, чтобы мы ускорились». Поэтому я в какой-то момент сказал, что я вижу, чего они добиваются, и в эти игры играть с ними не буду.

Вы говорите, что это массовое явление?

Алекс: Нет, безусловно, все люди разные, и среди Румын мы нашли надежных партнеров и друзей. Правда, пришлось серьезно позаниматься этим вопросом. Одному из сотрудников пришлось даже выучить румынский язык. Предварительные работы в Румынии длились 2,5 месяца, но это максимально оправдало себя, так как большинство людей в Констанце сталкиваются с естественными или искусственными проблемами. Когда «заходишь» в порт Констанца, это напоминает «курс молодого бойца» — сломаешься или нет. Поэтому приходится проявлять характер, чтобы возникали друзья. Знаете, среди румын также как и среди украинцев и американцев есть разные люди. Кто-то более деловой, кто-то менее. Кто-то выполняет обязательства, а кто-то тянет до последнего и ищет оправдания. В профессиональном плане нам попадались очень разные, но работаем мы с адекватными людьми, выполняющими обязательства.

Что можете рассказать о портовых брокерах?

Алекс: Это отдельный контингент. Вот, в нашем представлении брокер – это деловой человек с айфоном и прочими современными атрибутами состоятельной личности. Так вот там они словно отстают от технического прогресса лет на 20. У них были очень удивленные лица, когда я положил на стол два своих айфона. Помню, у меня была назначена встреча с брокером в его офисе в 8:30. Мало того, что он опоздал почти на час, так еще и пришел с маленьким ребенком. Он продолжал играть в отца, не обращая на меня совершенно никакого внимания до тех пор, пока опять не пришлось показать характер и вернуть человека в действительность. Уже позже я наблюдал с этим же человеком такую сцену: он взял большую пачку бумаг с заказами клиентов и подбросил их в воздух со словами: «Да пошло оно все!». Вот такие они ребята. В офисе курят, пьют, приходят с маленькими детьми, раскидывают бумаги по офису. И это еще не самые худшие брокеры. Вот с этими людьми как-то надо работать.

Яркой была сцена, с одним начальником. Я зашел к нему в кабинет, а он сразу начал на меня орать, даже не разобравшись в ситуации. В итоге в какой-то момент он предложил вернуть мне деньги. Я отказался. Говорю: «Мы с тобой вот это дело закончим, а потом разойдемся. Ты сделаешь это сегодня?». Он поднимает на меня глаза и чуть ли не с криком отвечает: «Я сделаю так, что ты здесь будешь три месяца сидеть». Три месяца – это очень большие деньги. Считай, что один день простоя фуры – 100 долларов. В этот момент я почувствовал такую злобу, что еще чуть-чуть — и я бы начал все крушить в его офисе. Видимо, по моему взгляд он это понял: опустил глаза и такой говорит: «Ладно, сделаю сегодня». Занавес! И это через минуту после того, как он говорил про три месяца!

Вот в этом у них власть. Если мы хотим все ускорить, то они напротив: замедлить. Причем в лицо они говорят: мы сами хотим вас быстрее выпустить, но по факту это не так. Один из их любимых ответов: «Таможенник занят». Когда этот таможенник освободится неизвестно. Самому связаться с таможенником никак нельзя.

 И как же работать с таким людьми?


Алекс:
Нужно искать конкретного человека, который решит твой вопрос, и уже к нему находить подход. У меня был случай, когда я каждый день в течение недели приходил в офис компании потому, что они просто не отвечал на имейлы. Если звонишь, то только на рецепшн, а нужный тебе человек всегда занят. Но если ты приходишь, к тебе могут выйти, но быстро уйти. В общем, так я походил в течение недели, и теперь на мои имейлы отвечают через 10 минут.

Чем конкретно вы занимаетесь в Румынии и кто ваши клиенты?

Алекс: Нашим профилем является экспедирование грузов в порту Констанца.  Мы работаем по принципу Forward2Forward, и по этой причине нашими клиентами являются наши коллеги — логисты из Украины и других стран. Это те компании, которые обеспечивают логистику из точки А в точку Б, и у которых порт Констанца является одним из важных узлов в логистической цепочке. Констанца может быть транзитной или конечной точкой. Это грузы, которые заходят через Европу или приходят в порт с целью импорта, непосредственно, в Румынию.

Мы занимаемся мультимодальными контейнерными перевозками, экспедированием, оказываем брокерские услуги и всевозможные классические услуги логистики. Необычно здесь то, что мы работаем исключительно в порту Констанца, а в Румынии все очень непросто. Здесь водители могут стоять неделями и ждать, потому что им никто в порту ничего не объясняет. Но бывают случаи, что к нам также обращаются с самыми разнообразными просьбами по решению различных нестандартных логистических задач в порту Констанца. Основной костяк наших клиентов – это, в основном, украинские логистические компании, которые не могут в Румынии решить вопрос быстрого оформления грузов.

Сколько времени вам сегодня нужно, чтобы решить вопрос с контейнером в Констанце?

Алекс: С учетом всего, что я описал, нам все-таки удалось найти ответственных людей, которые отвечают за свои слова и могут решить вопрос. Причем решить качественно и быстро. Мы значительно ускорились. Четыре из пяти контейнеров выпускаются максимум за 48 часов. Если спросите, что с этим пятым контейнером, то все очень просто — на этот контейнер оформляются документы, или контейнер готовится к «перетарке». Мы используем различные тактики и стремимся свести сроки оформления грузов в порту, и, соответственно, расходов наших партнеров и клиентов к минимуму. Существуют разные тактики, которые позволяют нам это делать. Кто-то торопится поставить фуру в порт, потому что он считает, что это что-то ускорит, но по факту – это гарантировано ведет к убыткам. Сначала нужно все подготовить, и только потом подать машину. Любая спешка приводит к убыткам.

Алекс запустил свой Телеграм-канал «Американец в порту Констанца». В нем он рассказывает о работе порта, существующих уловках и препятствиях, с которыми сталкивается бизнес в Констанце.

Источник: Американец в порту Констанца — Who is Who (whiswh.com)

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

0 / 5. 0

Оцените статью

Добавить комментарий

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: