О морали, нравственности и литературе: беседа с одесским судьей Александром Гарским (видео)

Александр Вячеславович Гарский – судья Малиновского районного суда, чьи тексты приговоров можно читать с таким же интересом, как и художественную литературу. Он признается, что изначально решил надеть мантию, так как это было естественным развитием его карьеры в юриспруденции, но затем это стало Делом с большой буквы. Его подход отличается от многих других судей, так как Александр Вячеславович считает, что, прежде всего, за нормой закона нужно видеть человека.

Одним из инструментов, который он недавно применил в своем приговоре, чтобы повлиять на исправление подсудимых – чтение книг. В частности и об этом, а также о моральности и нравственности, которая должна стоять в основании нашего общества Александр Гарский поговорил с нашим корреспондентом. О работе судебной системы в Украине Александр Гарский также выразил свое мнение. Об этом мы напишем в следующих материалах.

Интервью проводилось на украинском языке, и для удобства наших читателей было переведено.

 Насколько понимаю, в судебной практике Украины, а не исключено, что и всего СНГ, подобный приговор, в котором судья рекомендует и обязует подсудимого к чтению книг, ваш приговор первый. В любом случае первый, который стал широко известен. Что вас сподвигло к такого рода решению?

Что сподвигло… наверное это была некая комбинация опыта, юридического и жизненного. Я думаю, что нужно назначать наказания, которые были бы более эффективными, чем те, которые мы сейчас назначаем. Чтобы можно было изменить мышление человека. Впервые я услышал о таком необычном наказании в Соединенном Королевстве Великобритании. Там молодому парню (21 год), которого обвиняли в неонацизме, судья вынес приговор прочесть книги. Меня это очень заинтересовало, поскольку я очень люблю книги и мне показалось, что это будет интересный, новый подход в наказании. Это путь, который  позволит что-то изменить, как в обществе, так и в государстве, и в судебной системе. Путь изменения мышления человека.

 Когда у вас возникла любовь к литературе? И возможно, можете отметить произведения, которые на вас сильно повлияли?

Наверно это пришло в ходе процесса самообразования. Когда ты работаешь в юридической сфере, которая, на мой взгляд, больше связана с творчеством, это некий природный процесс, когда ты занимаешься своим делом профессионально и любишь его, то в какой-то момент понимаешь, что тебе не хватает того же словарного запаса, и более глубоких познаний. Поэтому обращаешься к литературе. Начиналось все, наверное, с более профессиональной литературы, а потом даже нехотя ты переходишь на художественную, потому что для творчества тебе не хватает образов. И если говорить о психоанализе, о каком-то исследовании души или мыслей, то Федор Михайлович Достоевский и Лев Толстой они, мне кажется, впереди планеты всей. Сейчас я обращаю внимание на Шекспира, говорят, что он был первым открывателем этих струн души, но начал я с этих авторов. И они помогают раскрыть сущность человека.

Огромное влияние на меня оказал Анатолий Федорович Кони. Я перечитал всего его труды, которые доступны. Не добрался, наверное, только до тех, которые могут быть в научных библиотеках России. И он конечно, идеолог нравственности — я бы его так назвал. Человек, который создал впервые, мне кажется, такой курс в  юриспруденции как «Нравственность в уголовном процессе». Эта его философия нравственности и моральности в уголовном процессе на меня очень сильно повлияла, и я бы хотел, чтобы каждый юрист обратился к ней. Это важно, прежде всего, для людей, которых мы пытаемся судить и которых наказываем. Не все так просто, как кажется на бумаге…

Мы очень часто за рутинной работой не обращаем внимание на детали, а именно в них кроется эта индивидуальность людей, мне кажется самое главное не потерять вот этот человеческий облик. Потому что, знаете, вот как хороший врач – это прежде всего хороший человек, так и хороший юрист – прежде всего хороший человек. Потом уже все остальное. Поэтому я говорю всегда, что сначала нравственность, а потом уже юридические знания. Потому что ты можешь быть плохим специалистом в области права, но если ты плохой человек, тебе идеальное знание закона только поможет обходить этот закон. А если ты  не знаешь норму закона, но являешься хорошим человеком, ты в силу своей природы и совести не сможешь другому сделать зло.

Поэтому, любовь к литературе все-таки появилась уже тогда, когда я начал более углубленно и профессионально относиться к юриспруденции. И да, все началось, пожалуй, с Анатолия Федоровича Кони. Он был лично знаком со многими писателями, и дает очень глубокую характеристику всем людям, с которыми сталкивается. Он не просто юрист, а писатель. Он мог раскрыть содержание людей, с которыми просто случайно соприкасался, и давал настолько  глубокую характеристику, что я думаю, что и Достоевский и Лев Толстой могли бы ему в этом позавидовать. Объективно это так. И когда ты его читаешь, это дает тебе образы и слова, чтобы описать какие-то события в тех делах, с которыми сталкиваешься. Труды Кони я даже не убираю со стола, так как постоянно с ними работаю.

Почему вы решили стать юристом? В детстве, наверняка хотели стать космонавтом или пожарным?

Вот, кстати, «пожарным» (спасателем) хотел стать. Нас еще в школе, помню, возили в пожарную часть. В нашем классе был мальчик, у которого отец работал, в пожарной части и куда классная руководительница организовывала нам экскурсии. И я был очень сильно впечатлен, как и все дети. Тогда многие захотели стать «пожарниками» (спасателями). Ну а вообще, мой отец судья. Практически всю жизни он проработал судьей в Кировограде, а начинал свою судебную карьеру в г. Килия Одесской области. Уже 16 лет как он в отставке. Он человек конечно советский, с другим мышлением, но при всех негативных тенденциях советского общества, он всегда был и остаётся замечательным человеком.  Его жизненный путь, я считаю, заслуживает уважения. Думаю, что можно даже сейчас в Кировограде среди юристов узнать о моем отце, и эти отзывы будут абсолютно положительными. Он очень порядочный человек и был правильным и справедливым судьёй. Наверное, таких уже не осталось, из действующих судей можно привести в пример только Леонид Григорьевича  Личмана, председателя Малиновского суда. В общем, я многое взял от своего отца с точки зрения порядочности. И эту работу я не считаю, как и он не считал, огромной властью, а больше считаю огромной ответственностью. И каждому так рекомендую к ней относиться.

 Наверное, это в какой-то степени можно назвать служением. Особенно с учетом загрузки судей…

Вот я бы даже провел такую параллель. Если солдаты жертвуют жизнью своей, чтобы выполнять долг, то и мы обязаны жертвовать всем, чтобы осуществлять правосудие надлежащим образом. Потому что, мне кажется, этого особенно сейчас требует общество. То, как сейчас обстоят дела, виноваты все. Это и наша вина, и политиков, и других ветвей власти. Нельзя так, как делают сейчас: дискредитируя одну ветвь власти, для того, чтобы жила другая. Должен быть баланс власти между собой. Сейчас мы этого конечно не видим, но к этому нужно стремиться. И действительно в какой-то степени даже и жертвовать собой. Но, мне кажется, что многие так и делают, потому что 80%  жизненного времени уходит на работу. Не видишься с семьей и в свои выходные пишешь тексты приговоров, я уже и не говорю о том, что сложные дела не выходят из головы, и мысли о них тебя не оставляют ни на минуту. Члены семьи от этого страдают. Мне повезло, что жена у меня спокойно к этому относится. Потому что если кто-то думает, что это так просто: сел и написал, нет, надо же что-то умное написать. Надо любить просто это и все.

  В Бразилии в ряде тюрем за каждую прочитанную заключенным книгу, срок наказания сокращается на 4 дня. Как вам такая идея, и как вы считаете, насколько такая практика была бы полезна для нашей страны?

Я считаю, что это прекрасно. Я бы даже расширил нормы закона, которые позволяли назначать ряд альтернативных видов наказания одновременно. Например, применение ст. 76 УК (Обязанности, возлагаемые судом на лицо, освобожденное от отбывания наказания с испытанием) ко всем видам наказания. Мне известно например, что в Германии, одну бабушку приговорили связать определённые вещи всем своим соседям, с которыми у нее был конфликт и в отношении которых она допустила хулиганские действия. Например, если человек разбил стекло, в подъезде или допустил хулиганские действия в отношении определённой громады, он должен часть финансово, а часть своим личным трудом компенсировать этой громаде нанесённый ущерб т.д.

Но, все надо пробовать. Меня вот спрашивают, поможет ли это наказание этим людям, например как в случае с книгами. Но я этого не могу знать. Я не всевидящее око и не господь бог. Такой вопрос можно задать любому судье, когда он назначает наказание, и никто не знает, исправится ли человек. Я хочу верить, что да, исправится. Когда я назначал наказание, я свято верил и имел надежду, что оно должно на них повлиять. Книги я же не назначаю каждому. Это индивидуальный процесс. В этих людях я увидел возможность исправления мышлений именно таким способом. Мне показалось, что это будет и правильным и необходимым для них.

Точно также и в этом вопросе. Но, на мой взгляд, да, такое нужно внедрять. Создавать огромные библиотеки в колониях и стимулировать к чтению, заставить же нельзя. Вот стимулировать к чтению да, мне кажется это правильным и разумным. Опять же не попробуешь — не узнаешь. Почему не сделать такую поощрительную норму, которая бы как-то влияла на это. Так и это бы помогало развиваться и самим сотрудникам, потому что, читали бы все, и это полезно.

Вот, упоминаемый мною роман «Воскресенье» Льва Толстого нужно читать всем. Особенно надзирателям и государственным служащим: судьям, полицейским, прокурорам, сотрудникам СБУ. Он, мне кажется, обязан привести к глубоким размышлениям любого человека о добре и зле, о любви и ненависти. Почему мы очень часто не замечаем за нормой закона человека? Может быть он слишком философски к этому подходит, может слишком идеализировано, и не бывает таких людей как этот главный герой Нехлюдов. Но ведь, это же и прекрасно. Пусть для нас всех будет поставлена высокая планка, и мы из нее возьмем гораздо меньше, но возьмем то хорошее, что пытался донести автор. Точно также и в тюрьмах, заключенные  бы читали и видели, что бывает другая жизнь. Что можно по-другому строить свою жизнь, и воспитывать себя самостоятельно. Каждый должен начинать с  себя, воспитывать самого себя. И тогда может быть, что-то изменится к лучшему…

Мы также попросили Александра Вячеславовича поделится своим списком книг, которые он рекомендует к прочтению.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал и Facebook

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

5 / 5. 1

Оцените статью

Добавить комментарий

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: