В пресс-службе ОАМ отмечают, что на этой марке изображены артефакты, которые сейчас хранятся в темноте фондов и ждут лучших времён. Приобрести новинку можно в формате 29,58х33 мм.

Фото: Одесский археологический музей/Facebook

Ещё одно предложение – добавить имя художника Геннадия Гармидера, автора многочисленных работ, посвящённых архитектуре и истории Одессы, на Аллею звёзд.Кроме того, были поддержаны инициативы по переименованию:
переулка Молокова в переулок Ирины Поповой, основательницы современной украинской социологии;
улицы Чапаева (Хаджибейский район) в улицу Цеховую.

Также принято решение об установке мемориальной доски в честь защитника Украины Юрия Слепченко на фасаде Мореходного профессионального колледжа им. А.И. Маринеско.

Эти шаги стали важной частью работы по сохранению исторической памяти и чествованию тех, кто внёс значительный вклад в развитие Одессы.

14 июля ректор университета Андрей Красножон представил мэру Одессы Геннадию Труханову результаты экспедиции. Среди ключевых находок — артефакты XIV века генуэзского происхождения, обнаруженные вблизи памятника герцогу де Ришелье. Эти находки подтверждают, что памятник стоит на культурном слое генуэзской Джинестры, который позже был изменен в период Османской империи. Также у фуникулера были найдены остатки фортификационных сооружений того времени.

Андрей Красножон сообщил, что участок у памятника уже законсервирован. Следующий этап — определение границ древней крепости с помощью трассировки, для чего будут заложены несколько шурфов. Территория современной Одессы имеет многовековую многонациональную историю. Ее природное расположение способствовало портовым и военным функциям, но активное развитие города началось только в конце XVIII века после взятия османской крепости Хосе де Рибасом.

Мэр Одессы поручил своему советнику Аттилио Маллиани организовать сотрудничество между Одесским педагогическим университетом и Генуэзским университетом, а также инициировать исследования в итальянских архивах для изучения генуэзского наследия города.

«Гамбринус» — излюбленное питейное заведение морских людей, в нач. XX в. — располагалось в большом сводчатом подвале дома по ул. Преображенской, 32, широко известно по одноименному рассказу А. И. Куприна. Основано одесситами немецкого происхождения, владельцами пивоваренного завода Паулиной Александровной и Адамом Иоанновичем Гоппенфельд.

Первый «Гамбринус» устроили в обширном подвале так называемого «круглого дома» на Греческом базаре в январе 1866-го, позднее переименовали в «Суэцкий канал». Это был новый тип трактирных заведений, наподобие немецких «биргалле», т. е. пивных зал. Помимо пропаганды пива в среднем классе и простонародье, подобные заведения вводили в обиход и специфическую трактирную музыкальную культуру, прежде всего, струнные инструменты – скрипку, альт, виолончель, тирольскую цитру.

В «Гамбринусе» появились первые в городе женские инструментальные и хоровые ансамбли, а равно — сложные немецкие оркестрионы (музыкальные машины). В пивных залах и садах неизменно выступали профессиональные коллективы из Центральной Европы с колоссальным репертуаром: от фольклора до классики. Здесь по европейскому фасону устраивались семейные вечера, и таким образом целый ряд трактирных заведений стал местом досуга широких слоев городского гражданства, включая женщин и детей.

Вместе с тем, постепенно шло неизбежное расслоение универсальных, классических пивных зал на элитарные, преимущественно для «среднего класса», как например, «Бавария», и низкого пошиба, для «люмпенов», со своей субкультурой.

История «Гамбринуса» рельефно иллюстрирует ряд обстоятельств как позитивной, так и негативной эволюции заведений подобного типа, впоследствии художественно зафиксированных А. И. Куприным. Что до «Гамбринуса», открытого, насколько помню, в 1966-м, он находится в помещении скандально известного в позапрошлом столетии трактира «Париж», но это совсем другой сюжет».

Автор: Олег Губарь

Ровно 35 лет назад, а именно 26 мая 1988 года, был принят закон «О кооперации в СССР». А годом ранее, в 1987 году Совет министров СССР объявил о создании кооперативов и граждане СССР впервые за 60 лет получили неслыханную ранее возможность заниматься любыми не запрещёнными законом видами деятельности, в том числе и торговлей.

Одесса во все времена всегда держала нос по ветру. Не отстала и тут. В Одессе произошел бум кооперативного движения, который активно поддержали все одесситы. Кооперативы в нашем городе стали пользовались огромной популярностью, потому что предлагали дефицитные товары и те услуги, которые еще не были знакомы простым советским людям. Многие помнят, как в известном гастрономе на Дерибасовской появился невиданный ранее отдел, где продавались истинно свежее мясо и деликатесные мясные изделия. Весь город съезжался туда, если не скупиться, так хотя бы посмотреть. Хозяином этого магазина был некий Эдик. Имя это я запомнил из семейных разговоров. Мама в это время продавала свой ресторан, вернее фирму Интербизнестур ( отдельно ресторан было продать нельзя), где она на протяжении многих лет была генеральным директором. Ей предложили работу во Франции, а совмещать два разных вида деятельности не получалось.

Последователей, которым можно было передать ее дело, не нашлось. Из папы, как я уже рассказывал, предприниматель был никакой, а я тогда учился и видел свое будущее в совсем другом месте. Поэтому от маминого предложения продолжить ее бизнес, я легкомысленно отказался. Так вот, именно этот самый Эдик и купил мамин ресторан. Но это было уже в другом времени, когда кооперативы сменили так называемые Общества с ограниченной ответственностью. А пока что королями бизнеса были кооперативы и они благополучно процветали, так как им полагались беспрецедентно льготные (для советской действительности) условия работы с наличными денежными средствами: они могли самостоятельно устанавливать лимит остатка наличных денег в своей кассе и нормы расходования денег из выручки, минуя обязательную промежуточную сдачу наличных в банк. Интересно было бы послушать истории из этой эпохи одесского предпринимательства. И хотя по малолетству я мамой в тот период еще не привлекался к трудовой деятельности, все же кое-что помню, а кое в чем приходилось и участвовать.

Так, например, когда мама выпускала справочник одесских предприятий, вся наша семья была в этом задействована. В макете были неправильно указаны некоторые телефоны, и пришлось всей нашей семье, включая бабушку и маленькую сестру, править весь тираж вручную. Запомнил я и еще некоторые эпизоды из деятельности ее кооператива. На слуху в семье было имя Женя Головко. Как я теперь понимаю, это был директор дома Мебели. Помню, что это был молодой симпатичный мужчина, и очевидно очень неглупый. Он оценил мамино смелое предложение создать в своем магазине отдел сувениров для комнатных интерьеров. Ранее ничего подобного не было. Правда, приходилось за этими сувенирами мотаться в Прибалтику, но полученный доход все компенсировал. Мама всегда соблюдала свой главный принцип: ничего не вкладывать в новое дело и сувениры, которых в Одессе с огнем было не сыскать, моментально покрывали все расходы. Оформление же самого от дела, где были выставлены сувениры, не требовало затрат, так как мама использовала имеющуюся в магазине мебель. Кооперативы вписывали в свой Устав все, что в голову придется, по принципу «авось пригодится». Вот и мама, филолог по образованию, вписала себе статью Ремонтные работы. И со временем это направление оказалось наиболее востребованным. Современному человеку трудно представить себе, что было время, когда сделать ремонт в квартире было весьма проблематично. У нас в семье это делал папа, поэтому ремонт в нашей квартире носил хронический характер. Но если организовать на ремонт папу у мамы плохо получалось, с чужими мужьями она справлялась гораздо лучше. Она организовала бригаду толковых мастеров разного профиля с хорошими руками и скромными запросами, с которыми они триумфально отремонтировали значительную часть жилищного и производственного фонда Одессы. Я запомнил только онкологический диспансер, потому что мама меня часто возила туда с собой и я запомнил эти долгие, как зубная боль, поездки на далекую Слободку, где она делала паркетный пол. Где она умудрялась находить дефицитные материалы для этого, как справлялась с оформлением многочисленных договоров, актов приемки и держала в ежовых рукавицах рабочих, когда в своей предыдущей деятельности этим не занималась от слова совсем, непонятно.
Несмотря на легализацию частного сектора, власть во многом продолжала воспринимать предпринимателей, как классовых врагов и вскоре, чтобы новоиспеченным бизнесменам жизнь не казалась сладкой, был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР о прогрессивном налогообложении кооператоров, посредством которого планировалось «изъятие определённых сверхдоходов» у советских кооператоров, под которыми подразумевалась сумма, превышающую две с половиной средние зарплаты. Кооперативы становились невыгодным делом и постепенно себя изжили, оставшись разве что в управлении домами и гаражами.

Берта Рапопорт родилась в Одессе 15 мая 1914 года (в учетной карточке Берты Рапопорт от 5 сентября 1944 г. указана другая дата рождения – 1911 г.). Отец Берты, Яков Григорьевич, был столяром, а мать – Рашель Ароновна – домохозяйкой.

После окончания школы в 1928 году Берта надумала поступать в Одесский морской техникум на судоводительское отделение. Родители отговаривали ее от такого безумного, на их взгляд, шага. Но на девушку, которая отличалась мужественностью и целеустремленностью, никакие уговоры не повлияли.

“Она же настояла на своем! – пишет в книге «Море на вкус соленое» Аркадий Хасин, лично знавший Берту. – Девушке поступить в морское учебное заведение было всегда непросто. Она поступила. И совсем уж непросто было 17-летнему «штурману в юбке» вписаться в коллектив моряков, всегда скептически настроенных по отношению к «женщине в море». Она не только вписалась, но и сумела подняться по довольно крутой служебной лестнице от 4-го до старшего помощника капитана! А что такое старпом? Моряки называют эту должность собачьей. Спит урывками четыре-пять часов в сутки, выходит на вахту, отвечает за работу основных устройств судна, руководит работой палубной команды, отвечает за расход воды и продовольствия, чистоту и порядок. Даже плохо приготовленный поваром обед — тоже на совести старпома. Все это легло на плечи одной женщины! И она прекрасно справлялась”.

Окончив техникум, она прошла практику на учебном судне – паруснике “Товарищ”. В 1931 году Берта получила диплом штурмана дальнего плавания. Кстати, в тридцатые годы две женщины в Советском Союзе были обладательницами диплома капитана дальнего плавания – Анна Ивановна Щетинина в Дальневосточном пароходстве и Берта Яковлевна Рапопорт в Черноморском.

С 1932 года Берта Рапопорт начала работу на судах Черноморского пароходства в должности четвертого помощника капитана на теплоходе “Батум-Совет”. Ее карьера развивалась так стремительно, что через год она плавала третьим помощником капитана на молодежно-комсомольском теплоходе “Кубань”, с октября 1934 года вторым помощником капитана на пароходе “Катаяма”, а уже с февраля 1936 года – старшим помощником капитана парохода “Катаяма”. Есть интересный факт в биографии Б. Рапопорт. Когда причалил в Лондоне пароход “Катаяма”, собралась толпа. Всем было интересно глянуть на женщину-старпома. На следующий день в одной из лондонских газет появилась статья: “Первая в мире женщина-моряк”. В статье со всеми подробностями описывались ее внешность, одежда, цвет глаз, волос и… маникюр.

К тому времени моряки называли ее “легендарной Бертой”, к ней относились с большим уважением. По воспоминаниям ее сослуживцев, она отличалась поистине мужским характером – волевым, уверенным. Курила “Беломор”, могла сказать крепкое словцо, и, как специалист, ни в чем не уступала мужчинам. Берта Яковлевна проявила мужество и в фашистском плену в 1938-39 годах, плавала под обстрелами во время Второй Мировой войны.

“В 1938 году во время событий в Испании вместе со всем экипажем парохода «Катаяма» я попала в фашистский плен, – пишет в автобиографии Берта Яковлевна. – Нас содержали в тюрьме города Пальма на острове Майорка. Потом в концлагере. В июне 1939 года по настоянию нашего правительства мы были освобождены из плена и вернулись на Родину…”.

В 1941 году она работала старпомом на пассажирском теплоходе “Молдавия”: вывозила женщин, стариков и детей из осажденной Одессы. В ноябре 1941 года Берта была откомандирована в Каспийское морское пароходство и назначена капитаном теплохода “Туркменистан”. В сентябре 1944 года Берту Рапопорт назначали старшим инспектором конторы капитана Одесского порта. В октябре 1946 года Указом Президиума Верховного Совета СССР ее наградили медалью “За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.”.

С 1948 года работала сменным диспетчером портофлота. Берта Яковлевна, прекрасно зная всю портовую структуру, характер работы, безошибочно направляла буксир нужной мощности на тот или иной участок.

В 1962 году Берту Яковлевну незаслуженно обидело правительство. Ее представили к награждению знаком “Почетный работник морского флота”, но не дали его. Советская власть засомневалась, находилась ли она на временно оккупированной территории или в плену во время испанских событий с экипажем парохода «Катаяма».

Режиссер Рафаил Гольдин в 1966 году снял фильм о Берте Рапопорт “В одной семье”.

Умерла Б.Я. Рапопорт в 1967 году от рака. Похоронили ее на Еврейском кладбище в Одессе.

Скульптор Алексей Копьев создал памятный барельеф Берты Яковлевны Рапопорт, и в мае 2006 года эта памятная доска была открыта на здании Одесского порта, недалеко от моря. Того самого моря, которому преданно и страстно служила она всю свою трудную и необычную жизнь.

Снежана Павлова, журналист

Источник: odessa-memory.info

По проектам Ф.А. Троупянского, выполненным в архитектурных стилях необарокко, неоампир, модерн и др., было построено около 100 жилых, общественных, промышленных зданий и сооружений в Киеве, Керчи, Чкалове, но главным образом в Одессе.

В 13 лет поступил учеником в Высшее художественное училище при Императорской Академии Художеств в Санкт-Петербурге. В 25 лет окончил Академию и получил звание художника-архитектора. После обучения Федор Абрамович возвращается в Одессу, чтобы поучаствовать в строительном буме конца 19 – начала 20 веков. Тогда началась его практическая деятельность в нашем городе.

Огромное влияние на молодого архитектора оказало сотрудничество с ведущими мастерами начала XX века — Ю. М. Дмитренко и В. А. Домбровским. Он, в частности, принял участие в проектировании и строительстве жилых домов по ул. Ришельевской, 12 (1899 —1900). Маразлиевская, 4 (1899), гостиницы «Лондонская» на Приморском бульваре (1899). Последняя — одна из известнейших построек Ю. М. Дмитренко — во многом послужила прототипом при решении выполненного в стилистике флорентийского возрождения декоративного убранства фасадов и интерьеров концертного зала «Унион» (Общества взаимного вспомоществования приказчиков-евреев, в последствии — клуб железнодорожников) по ул. Троицкая, 43 (1901—1902, с арх. А. Р. Рейхенбергом), дома по ул. Осипова, 6 (1901). В соавторстве с Ю.М. Дмитренко выполнил Ф. А. Троупянский проект Крестьянского банка (1908, Дворец студентов по ул. Маразлиевская, 34).

В качестве технадзора он участвовал в строительстве здания Нового римско-католического собора на Сенной пл. (1901—1903, арх. Л. Л. Влодек и В. А. Домбровский, не сохранилось), жилого дома по ул. Елисаветинской (Щепкина), 17 (1903 — 1905, арх. В.А. Домбровский), ряда дач на Малом Фонтане. Тогда же Ф. А. Троупянский начал выполнять и самостоятельные заказы.

Среди построек того времени можно отметить выполненные в своеобразной манере дома по ул. Манежной, 95 (1902), Осипова, 24 (1906), в переулке Нахимова, (1906). Ф.А. является автором проекта Мемориала жертвам погрома 1905 года на 2-м еврейском кладбище (после уничтожения кладбища мемориал перенесен на ныне действующее 3-е еврейское кладбище).
Особого успеха как частнопрактикующий архитектор добился Ф. А. Троупянский в 1910-е годы. В стилистике «позднего модерна» раскрылся почерк архитектора, его приверженность созвучным Одессе классицистическим композиции и декору.
Безупречным чувством масштаба, хорошими пропорциями выделяются среди разнохарактерной застройки города здания бывшего съезда мировых судей на Французском бульваре, 1 (1914), Русского драматического театра по ул. Греческой, 48 (1910-1912), б. магазинов фирм «Фиат» и «Братья Тарнополи» по ул. Екатерининской, 33 (1910—1913) и универмага «Детский мир» по ул. Ришельевской, 14 (1912—1914), приемного покоя больницы Скорой помощи (1912—1914), жилые дома на Старосенной пл., 5 (1910), по ул. Нежинской, 6 (1912) и Троицкой, 43а —1914, с инж. Г. Л. Орпишевским). Последний по строгости трактовки объема уже приближается к архитектуре советского конструктивизма.

Велика роль Ф. А. Троупянского в становлении высшего архитектурного образования в Одессе. С 1918 по 1930 год он преподавал проектирование в политехническом институте и строительном техникуме, начавших выпускать специалистов для строек новой эпохи.
Ведущее место занимал Ф. А. Троупянский в работах по реконструкции и строительству новых здравниц в Одессе. По его проектам строились санаторный комплекс на Куяльницком лимане (1927—1930), корпуса и столовая Лермонтовского курорта (1930—1931), здание Института курортологии (1937—1938), корпуса санаториев №№ 1, 2, 3 и 4 (1931—1932), родильный дом на Пересыпи (1930} и др. Здесь мастер совершенствует планировочные схемы новых типов зданий.

Вплоть до начала Великой Отечественной войны Ф.А. Троупянский продолжал консультировать проектные организации города. Под его руководством велось проектирование и строительство общежития института связи по ул. Дегтярной (1938—1939); музыкальной школы-интерната им. П. Столярского (Сабанеев мост, 1 (1938—1939)).

Однако, главным направлением его деятельности с 1930 года стала подготовка молодых архитекторов в стенах Одесского инженерно-строительного института. Кафедра архитектурного проектирования, которой руководил профессор Ф. А. Троупянский выпустила десятки специалистов, и сегодня работающих во многих городах страны. Им было опубликовано около 40 научных трудов, статей по архитектуре и педагогической тематике. Только в годы войны прекращалась педагогическая деятельность Ф. А. Троупянского. Но и в эвакуации архитектор продолжал работать.
Остается лишь удивляться рвению, с которым этот, в общем, уже пожилой человек, окунулся в жизнь освобожденной и возрождаемой любимой Одессы. Снова работа на кафедре, в правлении Дома ученых, оргкомитете городского отделения Союза архитекторов. Таким он оставался до конца — неутомимым тружеником и воспитателем, жизнелюбивым человеком.

Федор Абрамович всю жизнь проработал в Одессе. Скончался 12 мая 1949 года. Похоронен на Втором христианском кладбище.

В основу публикации положена статья Валентина Пилявского «Федор Троупянский», с изменениями.

Как и каждому таланту, рождённому в советскую эпоху, Степану Олейнику пришлось пройти через непростые испытания. Быть литератором, да ещё и юмористом, без вмешательства «органов» было попросту невозможно.

В 1930 году советская власть репрессировала отца Степана Олейника — как кулака. Будущего литератора, как сына «врага народа», исключили из университета. Через год он был восстановлен, но вскоре арестован — за «неправильные» частушки для студенческой стенгазеты.

Олейнику повезло — он был освобождён благодаря письму в его защиту от двухсот однокурсников. Однако пребывание в тюрьме оставило след: от стресса он заболел эпилепсией, от которой смог избавиться только более чем через 10 лет.

Одним из любимых предметов гардероба Олейника была вышиванка. Он носил её всю жизнь, даже несмотря на то, что это могло вызвать проблемы за «национализм».

Лёгкий характер и талант стремительно вели Олейника к профессиональному признанию и народной любви. Уже в 1939 году он стал известным журналистом и поэтом, переехал в Киев. Во время Второй мировой войны работал фронтовым корреспондентом. После окончания войны полностью посвятил себя сатирическому творчеству.

Избирался членом президиума Союза писателей УССР, был депутатом Верховного Совета СССР VI и VII созывов (в 1964—1970 годах), лауреатом Сталинской премии.

«Призрак» советских спецслужб всегда преследовал Олейника. В 1936 году его склоняли к сотрудничеству с НКВД, и за отказ он получал угрозы. Уже после смерти сатирика его сосед, писатель Алекса Гуреев, рассказал ещё один эпизод.

«Однажды Степан Иванович вернулся домой словно с креста снятый. На вопрос Алексы, что случилось, он признался: руководство ГПУ вызвало его на улицу Короленко (ныне Владимирская) “для важного разговора”. Там долго уговаривали Олейника стать “доносчиком” в Союзе писателей. Он категорически отказался: “Не могу, никогда на это не пойду!” — “Теперь не знаю, — с горечью сказал Алексe, — чего от них ждать, не посадят ли снова за решётку?”»

Тем не менее, Степана Олейника больше не трогали, и он продолжал творить вплоть до своей смерти 11 января 1982 года в Киеве.

По материалам УИНП и статьи Андрея Мельничука «Мужественный по-своему и по-народному совестливый. Степан Олейник».

Рабочая группа должна до 1 сентября 2023 года отчитаться городскому голове по результатам проведенной работы.

Главой группы назначили заместителя городского головы Сергея Тетюхина, а сопредседателем другого заместителя Дмитрия Жемана.

Третьим сопредседателем группы будет исполняющий обязанности заместителя городского головы – директор Департамента земельных ресурсов Одесского городского совета Александр Филатов.

Секретарем рабочей группы стала директор Коммунального учреждения «Грантовый офис «Одесса 5Т» Людмила Варрава.

Также в группу войдут 10 чиновников городского совета – директоров департаментов и управлений.

«Цифровой каталог коллекции музея — это настоящий прорыв для нас, возможность познакомиться каждому с уникальной коллекцией украинского искусства, со всем, что пока не вмещается в залы музея. Он насчитывает более 1000 работ: от декоративно-прикладного искусства до живописи, от скульптуры до графики «, – поделились в музее.

Когда: 6 ноября 16:00

Спикеры: Александра Ковальчук, Кирилл Липатов, Владислав Пиоро

Стоимость: бесплатная

Мероприятие в Zoom (https://us02web.zoom.us/j/85390418636)